Оценивая проект очередных изменений, которые планируется внести в ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон), хотелось бы отметить, что достойными уважения выглядят попытки ведомства Э.С. Набиуллиной наконец-то навести порядок в столь важном для экономики страны институте права как банкротство.
Начиная с декабря 2008 года, в Закон несколько раз вносились принципиальные изменения. Однако все эти изменения в большой мере имели характер закручивания гаек, то есть их главной целью была детальная регламентация процедур банкротства с целью предупреждения нарушения законодательства в этой сфере, либо в случае нарушений, создание условий для привлечения виновных лиц к ответственности. Но то что предлагается сейчас выделяется даже на фоне упомянутых изменений. О серьезности изменений, которые предлагает Минэкономразвития, говорит даже то, что в соответствии с этими изменениями предполагается изменить название закона на ФЗ «О финансовом оздоровлении и несостоятельности (банкротстве)».
Необходимо отметить, что предлагаемые изменения, достаточно радикально отличаются от тех изменений, которые вносились ранее, выглядят очень прогрессивными и подтягивают по духу и сути своей законодательство о банкротстве к уровню западного законодательства в этой сфере. Более всего это выражается в том, что вносимыми изменениями Минэкономразвития хочет изменить цель, с которой должна инициироваться и проводиться процедура банкротства. Если в большинстве развитых западных стран основной целью возбуждения процедуры банкротства является цель восстановления платежеспособности должника, то в России цель совершенно иная, а именно, признание должника банкротом в связи с невозможностью восстановления платежеспособности.
Во-первых, упрощена процедура инициирования процедуры банкротства. В частности в новом виде сформулированы признаки банкротства, при наличии которых можно инициировать процедуру банкротства. Так в ст. 3 Закона предлагается до месяца снизить срок неисполнения обязательства по истечении которого возникают признаки банкротства. Хотя формулировки ч.1 и ч.2 ст. 3 предлагаемой редакции сформулированы, мягко говоря, не корректно, а ч.3 фактически включает в себя требования ч.4 об отсутствии имущества, на которое может быть обращено взыскание, поскольку это означает что активы меньше пассивов, что собственно и прописано в ч.3 данной статьи.
Упрощение инициирования банкротства выражено и в другом, очень важном, на наш взгляд моменте, а именно в том, что в случае принятия поправок, для подачи заявления кредитора больше не потребуется вступившее в силу решение суда.
Все эти шаги направлены для достижения двух целей. Первая цель- это защита интересов кредитора, поскольку ему больше не нужно судиться с должником и иметь на руках вступившее в законную силу решение суда для того, что бы у него возникло право на подачу заявления о признании должника банкротом. Следовательно, у должника будет меньше возможностей для совершения незаконных сделок и иных действий, направленных на вывод своих активов, что защищает имущественные права всех кредиторов. При этом над должником в случае неисполнения им обязательства сразу будет возникать опасность подачи заявления о признании его банкротом, что может стать дополнительным элементом обеспечения надлежащего исполнения обязательств, а в случае невозможности такого исполнения стимулом к достижению компромисса с кредитором.
Для того что бы подтолкнуть должника к поиску компромисса предлагаются дополнения в гл. 2 о мерах по предупреждению банкротства, где подробно регламентирован порядок досудебного урегулирования задолженности путем заключения соглашения об урегулировании долгов.
Кроме того смягчение требований для инициирования процедуры банкротства так же послужит способом разгрузки Арбитражных судов, поскольку не будет затяжных процессов, где должник стремится как можно дольше отсрочить принятие судом решения на основании которого конкурсный кредитор вправе подать заявление о признании должника несостоятельным (банкротом).
Другим важнейшим нововведением, в случае принятия поправок станет отмена 11 абзаца ч.2 ст. 37 действующей редакции Закона. Указанная норма в действующей редакции, напомним, предусматривает право должника в случае подачи заявления от своего имени выбрать кандидатуру арбитражного управляющего. Сейчас данное право является некой гарантией того, что при подаче заявления от имени должника, при правильном подходе он сможет контролировать процедуру и совершать с помощью «своего» управляющего необходимые для защиты собственных интересов действия, в том числе и не соответствующие закону.
Не остался не затронутым вопрос очередности удовлетворения требований кредиторов. Так, требования кредиторов, обязательства должника перед которым обеспечены залогом, предлагается перевести из третьей в четвертую очередь реестра требований кредиторов.
С одной стороны данная инициатива кажется не совсем логичной, поскольку обязательство обеспеченное залогом имущества должника по своим признакам соответствует требованиям Закона для обязательств третьей очереди, а отличие только в дополнительной гарантии исполнения обязательства. Но при этом логику все же понять можно. Заключается она в том, что раз требование кредитора обеспеченно залогом, т.е. защищено больше требований других кредиторов третьей очереди, то данный кредитор не заинтересован в том, чтобы восстановить платежеспособность, его главный интерес в реализации предмета залога и получения гарантированной законом доли от полученной суммы. Но теперь кредитор, обязательство перед которым обеспечено залогом имущества, сможет получить удовлетворение своих требований не удовлетворенных счет стоимости предмета залога из конкурсной массы только после погашения требований кредиторов третьей и предшествующих ей очередей.
И последнее что хотелось бы сказать здесь то, эта норма заденет в первую очередь интересы банков, поскольку чаще всего залогом обеспечены обязательства должников именно перед банками.
Помимо этого есть еще ряд норм, которые направлены на склонение кредиторов, обязательства перед которыми обеспечены залогом имущества должника, к отказу от реализации предмета залога и участию в реабилитационных процедурах.
Однако самым главным моментом, который, как было сказано выше, должен развернуть сложившийся на данный момент вектор использования процедуры банкротства является придание особого статуса процедуре финансового оздоровления.
Судя по тому, что абз. 14 ст. 2 Закона, где дается определение термина «Финансовое оздоровление», не изменился и выделение финансового оздоровления в названии закона и использование его отдельно от термина «несостоятельность (банкротство)» не означает, что финансовое оздоровление перестает быть одной из процедур банкротства и становится отдельной процедурой.
На данный момент процедура финансового оздоровления используется крайне редко, о чем свидетельствуют приведенные ниже диаграммы. В них отражена информация об общем количестве банкротных дел рассмотренных арбитражными судами и отражены цифры по видам процедур которые применялись в делах о банкротстве.
Диаграмма № 1. Динамика рассмотрения дел по банкротству организаций в российских судах.
Диаграмма № 2 Процедуры, применявшиеся в делах о банкротстве.
Минэкономразвития пытается придать данной процедуре особое значение, для того что бы в последствии именно она (либо досудебное урегулирование задолженности) стала целью кредитора или должника при инициировании ими процедуры банкротства. Об этом свидетельствует целый ряд норм из вносимых на рассмотрение поправок.
Так, предлагается закрепить за должником возможность подать заявление о введении процедуры финансового оздоровления при этом, не проходя через процедуру наблюдения. Вполне логичное предложение, поскольку процедура наблюдения зачастую является неэффективной для целей восстановления платежеспособности, при этом достаточно сильно затягивает процедуру банкротства. Полагаем, что именно с этим связанно предложение о признании недействительной ст. 51 и изменении ст.62 действующей редакции Закона, в которой предлагают ограничить максимальный срок, в течение которого длится процедура наблюдения 2-мя месяцами, вместо 7 месяцев, хотя как и в старой редакции у суда остается право на продление этого срока.
«Урезание» процедуры наблюдения выражается еще и в том, что предполагается признать утратившими силу ст.72, ст.73, ст.74 Закона, которые устанавливали необходимость проведения первого собрания кредиторов, его порядок и полномочия кредиторов во время его проведения. Все полномочия, которые имелись у первого собрания кредиторов, предполагается передать суду рассматривающему дело о банкротстве.
Непонятно, правда, почему при этом предлагается признать утратившей силу ст. 71 и формулировкой «в течение срока установленного арбитражным судом» в абз.1 ч.1 ст.60.1 Закона «размыт» срок предъявления требований о включении в реестр требований кредиторов в ходе наблюдения. Напомню, сейчас он исчисляется месячным сроком с момента опубликования объявления о введении наблюдения в газете «Коммерсантъ». Можно предположить, что это просто недочет, допущенный во время составления проекта поправок, и он будет устранен, поскольку в предлагаемой редакции ст. 82 Закона указанно, что кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати дней с даты опубликования сообщения о введении финансового оздоровления в порядке, установленном статьей 60.1 настоящего Федерального закона.
Предлагается существенно увеличить срок, на который может быть введена процедура финансового оздоровления, а именно с 2 до 5 лет.
При этом суд вправе ввести финансовое оздоровление, либо по заявлению должника, либо по результатам наблюдения, при этом, как было сказано выше, первое собрание кредиторов не проводится и суд это делает на свое усмотрение (ст.75, 76 предлагаемых поправок в Закон). Хотя, за кредиторами осталось право на одобрение плана финансового оздоровления, попутно изменилась и процедура голосования, она стала учитывать деление кредиторов на классы, о чем сказано ниже.
Кроме изменения срока в большую сторону, для целей увеличения эффективности финансового оздоровления, изменили также принципы разработки плана финансового оздоровления, а именно расширили права сторон в вопросе реструктуризации обязательств должника перед кредиторами. В частности в соответствии с новой редакцией ст. 84 Закона в плане финансового оздоровления можно разделить всех кредиторов на различные классы, в зависимости от природы возникновения обязательств должника перед ними. А главное, что для каждого класса кредиторов теперь можно прописать отдельные условия в плане финансового оздоровления.
Вот пожалуй, наиболее заметные нововведения которые планируется внести в Закон о банкротстве.
Что касается недостатков данного законопроекта, то они типичны, для проекта поправок, в частности понимая смысл и цели отдельных норм, можно выделить «рыхлость» некоторых из них, причем как по формулировкам и содержанию, так и по связи различных норм. Не будем пока обращать внимание на недостатки, дождемся дальнейшего движения и эволюции, а она, несомненно, будет, данных поправок.
В конце хотелось бы отметить, во-первых, есть мнение, что слишком уж много в процедуре банкротства, в том числе и введение процедуры финансового оздоровления, будет зависеть от судов и национального объединения СРО...
В любом случае, будем надеяться, что будут приняты хорошо проработанные поправки, которые направят институт банкротства в то русло, в котором он изначально и должен был быть, а именно, сделают из него инструмент оздоровления отдельных предприятий и экономики в целом. И тогда остается только гадать, сколько предприятий, а значит рабочих мест, налогов, государство помогло бы сохранить, если бы аналогичные, безусловно, более проработанные в отдельных моментах, поправки в Закон были бы приняты за год до того как мировой финансовый и последовавший за ним экономический кризис затронул Россию.
Начиная с декабря 2008 года, в Закон несколько раз вносились принципиальные изменения. Однако все эти изменения в большой мере имели характер закручивания гаек, то есть их главной целью была детальная регламентация процедур банкротства с целью предупреждения нарушения законодательства в этой сфере, либо в случае нарушений, создание условий для привлечения виновных лиц к ответственности. Но то что предлагается сейчас выделяется даже на фоне упомянутых изменений. О серьезности изменений, которые предлагает Минэкономразвития, говорит даже то, что в соответствии с этими изменениями предполагается изменить название закона на ФЗ «О финансовом оздоровлении и несостоятельности (банкротстве)».
Необходимо отметить, что предлагаемые изменения, достаточно радикально отличаются от тех изменений, которые вносились ранее, выглядят очень прогрессивными и подтягивают по духу и сути своей законодательство о банкротстве к уровню западного законодательства в этой сфере. Более всего это выражается в том, что вносимыми изменениями Минэкономразвития хочет изменить цель, с которой должна инициироваться и проводиться процедура банкротства. Если в большинстве развитых западных стран основной целью возбуждения процедуры банкротства является цель восстановления платежеспособности должника, то в России цель совершенно иная, а именно, признание должника банкротом в связи с невозможностью восстановления платежеспособности.
Во-первых, упрощена процедура инициирования процедуры банкротства. В частности в новом виде сформулированы признаки банкротства, при наличии которых можно инициировать процедуру банкротства. Так в ст. 3 Закона предлагается до месяца снизить срок неисполнения обязательства по истечении которого возникают признаки банкротства. Хотя формулировки ч.1 и ч.2 ст. 3 предлагаемой редакции сформулированы, мягко говоря, не корректно, а ч.3 фактически включает в себя требования ч.4 об отсутствии имущества, на которое может быть обращено взыскание, поскольку это означает что активы меньше пассивов, что собственно и прописано в ч.3 данной статьи.
Упрощение инициирования банкротства выражено и в другом, очень важном, на наш взгляд моменте, а именно в том, что в случае принятия поправок, для подачи заявления кредитора больше не потребуется вступившее в силу решение суда.
Все эти шаги направлены для достижения двух целей. Первая цель- это защита интересов кредитора, поскольку ему больше не нужно судиться с должником и иметь на руках вступившее в законную силу решение суда для того, что бы у него возникло право на подачу заявления о признании должника банкротом. Следовательно, у должника будет меньше возможностей для совершения незаконных сделок и иных действий, направленных на вывод своих активов, что защищает имущественные права всех кредиторов. При этом над должником в случае неисполнения им обязательства сразу будет возникать опасность подачи заявления о признании его банкротом, что может стать дополнительным элементом обеспечения надлежащего исполнения обязательств, а в случае невозможности такого исполнения стимулом к достижению компромисса с кредитором.
Для того что бы подтолкнуть должника к поиску компромисса предлагаются дополнения в гл. 2 о мерах по предупреждению банкротства, где подробно регламентирован порядок досудебного урегулирования задолженности путем заключения соглашения об урегулировании долгов.
Кроме того смягчение требований для инициирования процедуры банкротства так же послужит способом разгрузки Арбитражных судов, поскольку не будет затяжных процессов, где должник стремится как можно дольше отсрочить принятие судом решения на основании которого конкурсный кредитор вправе подать заявление о признании должника несостоятельным (банкротом).
Другим важнейшим нововведением, в случае принятия поправок станет отмена 11 абзаца ч.2 ст. 37 действующей редакции Закона. Указанная норма в действующей редакции, напомним, предусматривает право должника в случае подачи заявления от своего имени выбрать кандидатуру арбитражного управляющего. Сейчас данное право является некой гарантией того, что при подаче заявления от имени должника, при правильном подходе он сможет контролировать процедуру и совершать с помощью «своего» управляющего необходимые для защиты собственных интересов действия, в том числе и не соответствующие закону.
Не остался не затронутым вопрос очередности удовлетворения требований кредиторов. Так, требования кредиторов, обязательства должника перед которым обеспечены залогом, предлагается перевести из третьей в четвертую очередь реестра требований кредиторов.
С одной стороны данная инициатива кажется не совсем логичной, поскольку обязательство обеспеченное залогом имущества должника по своим признакам соответствует требованиям Закона для обязательств третьей очереди, а отличие только в дополнительной гарантии исполнения обязательства. Но при этом логику все же понять можно. Заключается она в том, что раз требование кредитора обеспеченно залогом, т.е. защищено больше требований других кредиторов третьей очереди, то данный кредитор не заинтересован в том, чтобы восстановить платежеспособность, его главный интерес в реализации предмета залога и получения гарантированной законом доли от полученной суммы. Но теперь кредитор, обязательство перед которым обеспечено залогом имущества, сможет получить удовлетворение своих требований не удовлетворенных счет стоимости предмета залога из конкурсной массы только после погашения требований кредиторов третьей и предшествующих ей очередей.
И последнее что хотелось бы сказать здесь то, эта норма заденет в первую очередь интересы банков, поскольку чаще всего залогом обеспечены обязательства должников именно перед банками.
Помимо этого есть еще ряд норм, которые направлены на склонение кредиторов, обязательства перед которыми обеспечены залогом имущества должника, к отказу от реализации предмета залога и участию в реабилитационных процедурах.
Однако самым главным моментом, который, как было сказано выше, должен развернуть сложившийся на данный момент вектор использования процедуры банкротства является придание особого статуса процедуре финансового оздоровления.
Судя по тому, что абз. 14 ст. 2 Закона, где дается определение термина «Финансовое оздоровление», не изменился и выделение финансового оздоровления в названии закона и использование его отдельно от термина «несостоятельность (банкротство)» не означает, что финансовое оздоровление перестает быть одной из процедур банкротства и становится отдельной процедурой.
На данный момент процедура финансового оздоровления используется крайне редко, о чем свидетельствуют приведенные ниже диаграммы. В них отражена информация об общем количестве банкротных дел рассмотренных арбитражными судами и отражены цифры по видам процедур которые применялись в делах о банкротстве.
Диаграмма № 1. Динамика рассмотрения дел по банкротству организаций в российских судах.
Диаграмма № 2 Процедуры, применявшиеся в делах о банкротстве.
Минэкономразвития пытается придать данной процедуре особое значение, для того что бы в последствии именно она (либо досудебное урегулирование задолженности) стала целью кредитора или должника при инициировании ими процедуры банкротства. Об этом свидетельствует целый ряд норм из вносимых на рассмотрение поправок.
Так, предлагается закрепить за должником возможность подать заявление о введении процедуры финансового оздоровления при этом, не проходя через процедуру наблюдения. Вполне логичное предложение, поскольку процедура наблюдения зачастую является неэффективной для целей восстановления платежеспособности, при этом достаточно сильно затягивает процедуру банкротства. Полагаем, что именно с этим связанно предложение о признании недействительной ст. 51 и изменении ст.62 действующей редакции Закона, в которой предлагают ограничить максимальный срок, в течение которого длится процедура наблюдения 2-мя месяцами, вместо 7 месяцев, хотя как и в старой редакции у суда остается право на продление этого срока.
«Урезание» процедуры наблюдения выражается еще и в том, что предполагается признать утратившими силу ст.72, ст.73, ст.74 Закона, которые устанавливали необходимость проведения первого собрания кредиторов, его порядок и полномочия кредиторов во время его проведения. Все полномочия, которые имелись у первого собрания кредиторов, предполагается передать суду рассматривающему дело о банкротстве.
Непонятно, правда, почему при этом предлагается признать утратившей силу ст. 71 и формулировкой «в течение срока установленного арбитражным судом» в абз.1 ч.1 ст.60.1 Закона «размыт» срок предъявления требований о включении в реестр требований кредиторов в ходе наблюдения. Напомню, сейчас он исчисляется месячным сроком с момента опубликования объявления о введении наблюдения в газете «Коммерсантъ». Можно предположить, что это просто недочет, допущенный во время составления проекта поправок, и он будет устранен, поскольку в предлагаемой редакции ст. 82 Закона указанно, что кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати дней с даты опубликования сообщения о введении финансового оздоровления в порядке, установленном статьей 60.1 настоящего Федерального закона.
Предлагается существенно увеличить срок, на который может быть введена процедура финансового оздоровления, а именно с 2 до 5 лет.
При этом суд вправе ввести финансовое оздоровление, либо по заявлению должника, либо по результатам наблюдения, при этом, как было сказано выше, первое собрание кредиторов не проводится и суд это делает на свое усмотрение (ст.75, 76 предлагаемых поправок в Закон). Хотя, за кредиторами осталось право на одобрение плана финансового оздоровления, попутно изменилась и процедура голосования, она стала учитывать деление кредиторов на классы, о чем сказано ниже.
Кроме изменения срока в большую сторону, для целей увеличения эффективности финансового оздоровления, изменили также принципы разработки плана финансового оздоровления, а именно расширили права сторон в вопросе реструктуризации обязательств должника перед кредиторами. В частности в соответствии с новой редакцией ст. 84 Закона в плане финансового оздоровления можно разделить всех кредиторов на различные классы, в зависимости от природы возникновения обязательств должника перед ними. А главное, что для каждого класса кредиторов теперь можно прописать отдельные условия в плане финансового оздоровления.
Вот пожалуй, наиболее заметные нововведения которые планируется внести в Закон о банкротстве.
Что касается недостатков данного законопроекта, то они типичны, для проекта поправок, в частности понимая смысл и цели отдельных норм, можно выделить «рыхлость» некоторых из них, причем как по формулировкам и содержанию, так и по связи различных норм. Не будем пока обращать внимание на недостатки, дождемся дальнейшего движения и эволюции, а она, несомненно, будет, данных поправок.
В конце хотелось бы отметить, во-первых, есть мнение, что слишком уж много в процедуре банкротства, в том числе и введение процедуры финансового оздоровления, будет зависеть от судов и национального объединения СРО...
В любом случае, будем надеяться, что будут приняты хорошо проработанные поправки, которые направят институт банкротства в то русло, в котором он изначально и должен был быть, а именно, сделают из него инструмент оздоровления отдельных предприятий и экономики в целом. И тогда остается только гадать, сколько предприятий, а значит рабочих мест, налогов, государство помогло бы сохранить, если бы аналогичные, безусловно, более проработанные в отдельных моментах, поправки в Закон были бы приняты за год до того как мировой финансовый и последовавший за ним экономический кризис затронул Россию.
Меланин Сергей Леонидович,
Генеральный директор
юридической компании «Вит Энд Вис»
Абдулкеримов М.М.
Ведущий юрист по банкротству
юридической компании «Вит Энд Вис»
Генеральный директор
юридической компании «Вит Энд Вис»
Абдулкеримов М.М.
Ведущий юрист по банкротству
юридической компании «Вит Энд Вис»
